Первый военно-морской Министр Императорского Флота

Первым министром военно-морских сил с 8.09.1802 г. по 28.12.1802 года (по старому стилю) был вице-президент Адмиралтейств-коллегии, адмирал Николай Семенович Мордвинов, впоследствии граф, бывший командующий Черноморским флотом и портов.

Род Мордвиновых вел свой отсчет от аманата (слово, заимствованное в древней России с Востока, означавшее заложника. У древних народов и в Средние века держался обычай брать заложника для обеспечения точного выполнения договора. Аманатов брали во время войн по преимуществу, для обеспечения выполнения заключенных условий; в заложники брали народных старшин и именитых людей) Мурата Мордвы, примкнувшего к Ивану Грозному во время войны с Казанским ханством, и ведущий свою хронологию с 1546 года. Потомки Мурата Мордвы, водворяясь в России на пожалованных им поместьях, стали верными и усердными подданными ее государей.  

Николай Семенович Мордвинов родился 28 (17) апреля 1754 г. в семье писателя-мариниста адмирала Семена Ивановича Мордвино­ва (1701-1777) от второго его брака. В первом браке он был с Федосьей Саввичной Муравьевой: женился в 1728 году, жил с нею 22 года (умерла в 1750 г.), имел двух детей, которые умерли малютками. Вдовцом Семен Иванович оставался два года.    В 52 года С. И. Мор­двинов по желанию матери сочетался браком с 17-летней девицей Натальей Ивановной Еремеевой, двоюродной сестрой канцлера графа Николая Петровича Румянцева, второго сына генерал - фельдмаршала П.А. Румянцева, и у них родилось одиннадцать детей (трое умерли малолетними, остались пять сыновей и три дочери), среди которых был Николай, родившийся в селе Покровском Новгородской губернии. Жили они в Петербурге. С малолетства юный Николай учился дома, у родителей, брал уроки французского языка в пансионе, бывшем в то время

единственным в Петербурге. Содержатель этого пансиона был итальянец Вентурини, а помощник его, француз, отставной сержант. Николай был очень любознателен с самого детства и часто задавал учителям разные вопросы, а они, не умея растолковать их, удовлетворяли его линейкой по рукам. Много ли можно было приобрести познаний от таких учителей? При всем том там обучались дети знатных русских дворян, такие как граф Николай Петрович Румянцев и другие. По приказу императрицы Екатерины II юный Н. Мордвинов (ему было около 10 лет) был взят во дворец и воспитывался вместе с цесаревичем великим князем Павлом Петровичем, впоследствии будущим императором Павлом I. У них сложились хорошие отношения. Близость к царской се­мье определила дальнейшую судьбу Николая Семеновича. В 1766 г. в возрасте 12 лет он поступил во флотскую службу в звании гардемарина, успешно сдав теоретические экзамены за курс Морского шляхетского кадетского корпуса. С 1766 по 1769 год Николай Семенович служил на кораблях Балтийского флота. Базировался Балтийский флот в основном на Кронштадт. Отличительной особенностью той эпохи было то, что морские кампании флота проводились в замерзающих морях только в летний период, когда моря были свободны ото льда. В остальное время парусные корабли находились в портах постоянной приписки, а их экипажи были на берегу. Сами же корабли были разоружены. В ноябре 1768 года гардемарин Николай Мордвинов был произведен в мичманы и в кампанию 1769-1770 годов командовал императорской придворной яхтой «Счастье».

Когда в 1769 г. флот наш готовился к походу в Средиземное море, отец Николая Семеновича Мордвинова - Семен Иванович в чине адмирала почти безотлучно находился в Кронштадте, лично наблюдая за скорым и добросовестным снабжением кораблей эскадры адмирала Г.А.Спиридова (в июне 1770 г. эта эскадра одержала блестящую победу над турецким флотом в Чесменском сражении), за что был награжден орденом Святого Андрея Первозванного.

Герб Н.С. Мордвинова Летом 27 (16) июня 1770 года во время этой подготовки мичман Н.Мордвинов - младший (сын) был определен к отцу в качестве адъ­ютанта. В первой русско-турецкой войне 1768-1774 гг.  он уже с 11 апреля (31 марта) 1771 г. «генералс-адъютант» майорского ранга контр-адмирала Чарльза Ноульса, командированного в 1772 г. на Дунай «для осмотра и исправления взятых у неприятеля и построенных вновь судов». Ч.Ноульс сошелся с фельдмаршалом графом П.А.Румянцевым. Старательность и высокие профессиональные знания молодого моряка Н.Мордвинова заметили, и по итогам конкурсных испытаний его направили 1 февраля (31 января) 1774 г. в Англию волон­тером для «усовершенствования в морском искусстве», т. е. для получения морской практики. 11 июня (31 мая) 1774 г. Николай Семенович был произведен в капитан-лейтенанты. Три года в звании капитан-лей­тенанта он проплавал на британских судах (как военных так и гражданских) у берегов Америки, познакомился с бытом Англии и в значительной степени проникся либеральными идеями, господствовавшими в английском обществе, воспитав в себе симпатии к ее учреждениям.

В связи с кончиной отца (14 (3) января 1777 года) Николай Семенович вернулся на родину, и некоторое время выполнял различные поручения Адмиралтейств-коллегии. 12(1) января 1781 года он был произведен в чин капитана 2-го ранга (ему было 27 лет) и назначен командиром корабля «Святой Георгий Победоносец». Весной 1782 года его неожи­данно переназначают командиром недавно построенного линейного 74-пушечного корабля «Царь Константин», входившего в секретную эскадру вице-адмирала В.П. Чичагова, которая отправлялась в Средиземное море в итальянский порт Ливорно.

2 мая (21 апреля) 1783 года «за отличие и доброе радение» в этом плавании он получил чин капитана 1-го ран­га (ему было 31 год). В Ливорно Н.Мордвинов познакомился с англичанкой Генриеттой Александровной Коблей и на ней женился. Вот как описывает этот эпизод его дочь Наталья в своих воспоминаниях: «... Отец мой влюбился в нее и посватался. Хотя и она полюбила его, но страшилась ехать в отдаленный край, тогда еще мало известный иностранцам, край холодный и непросвещенный, как считали они Россию. Сестра ее успокаивала и говорила ей: «Я уверена, что с таким человеком ты всегда и везде будешь счастлива!» Матушка моя, чувствуя любовь к отцу и принимая благоразумные советы сестры, согласилась разделить свою судьбу с ним. Отец мой, возвратясь с эскадрою в Россию, поехал сухим путем в Ливорно и там женился в 1784 году, потом возвратился в Россию». Брак этот оказался удачным и Николай Семенович  жил с ней долго и счастливо.

В ноябре 1784 г. Павел Васильевич был отпущен на 1 год за границу с сохранением жалованья.

В 1784 году Н.Мордвинов был назначен в Херсон для участия в строительстве корабельных верфей и кораблей. 19 (8) апреля 1783 г. к России был присоединен Крым, а 13(2) мая того же года отряд судов Азовской флотилии под командой вице-адмирала Ф.А.Клокачева благополучно прибыл в Ахтиярскую бухту (ныне Северная бухта), недалеко от которой располагалась татарская деревенька Ахтияр. Тем самым было положено начало Черноморскому флоту и городу Севастополю. Этот день считается днем рождения Черноморского флота Российской империи (в мае 2008 года и городу Севастополю и Черноморскому флоту исполнится 225 лет).

Но еще до этого в соответствии с Указом императрицы Екатерины II Новороссийскому, Азовскому и Астраханскому генерал-губернатору князю Г.А. Потемкину от 29 (18) июня 1778 г. предписывалось начать строительство  на лимане Глубокая Пристань верфи а «…место сие повелеваем именовать Херсон». В 1779 г. в Херсоне был заложен первый линейный корабль Черноморского флота. На пост главного командира крепости  Херсон и его возводимых верфей был назначен Иван Абрамович Ганнибал. Потомок великого Ганнибала не был похож на своего предка. За 4 года правления он развалил все, что можно было развалить. Деньги расходились по карманам чиновников. Вместо зданий оставались одни фундаменты. И уж совсем больно было смотреть на строящийся корабль: одна часть досок сгнила, другая – разворована. Бесхозность процветала везде. Г. Потемкин пришел в неописуемый ужас. Приехав в Херсон, князь Г. Потемкин разогнал почти всех подчиненных Ганнибала. Из Петербурга требовали к началу 1783 года закончить постройку 7 линейных кораблей, но на стапеле в Херсоне находился лишь один, заложенный в 1779 году, корабль «Святая Екатерина», упомянутый выше.

В мае 1783 г. вице-адмиралу Ф. Клокачеву, командующему Азовской флотилией, пришлось принять должность начальника херсонского адмиралтейства у генерал-поручика И.А. Ганнибала, отозванного в Петербург. Потомок «великого» Ганнибала генерал-фельдцейхмейстер И.А. Ганнибал с этим делом не справлялся. То, что увидел Федот Алексеевич в местном адмиралтействе, удивило и поразило скрупулезного и педантичного морского офицера. В своем рапорте князю Г. Потемкину вице-адмирал Ф. Клокачев доносил: «Осматривая адмиралтейство и строящиеся корабли, которые я нашел в малом построении, паче что ещё и недостаточно к строению всякого звания лесов, в коих ни капитан Овцын, ни корабельный мастер, ни даже сами содержатели ни приходного, ни расходного счёту не знают. В проезд же мой довольное количество видел лесов, разбросанных при речках и воде, из которых от давнего лежания без бережения много совершенно сгнило. Был я во всех магазинах, чтоб видеть припасы, материалы, однако неожидаемо сыскал почти порожние… Словом сказать, сей порт нашел и в бедном, и в беспорядочном состоянии».  

К осени 1783 года Ф. Клокачев сумел наладить в Херсоне судостроение, а 27 (16) сентября произвел спуск с эллинга на воду первого 66-пушечного корабля «Слава Екатерины».

С 1783 г. там находился капитан 1 ранга Ф.Ф. Ушаков (произведен 12(1) января 1784 г. за умелые действия и проявленные при этом старания при ликвидации чумы в Херсоне) в должности командира 66-пушечного новостроящегося линейного корабля «Св. Павел», наблюдая в то же время за постройкой кораблей. По прибытию в Херсон Ф. Ушаков застал в городе эпидемию чумы. Чума и оспа считались самыми страшными болезнями 18 века. Они буквально выкашивали целые города и селения. Несмотря на сложную обстановку на юге страны, требовавшую продолжения строительства кораблей, был дан приказ полностью прекратить работы и все силы направить на борьбу с чумой. Все команды были выведены в степь. Феодор Ушаков твердо установил особый карантинный режим. Всю свою команду он разделил на артели, размещавшиеся каждая  в палатке из камыша. Общение одной артели с другой было запрещено. Федор сам неустанно за всем этим следил. В результате энергичных действий Феодора Ушакова в его команде чума исчезла на четыре месяца раньше, чем в других. В самое тяжелое по напряженности время эпидемии он никого не посылал в госпиталь, переполненный больными, и спас от смерти многих, используя их при команде. В этом деле проявились его исключительные способности решать самые трудные и неожиданные задачи. Это  великая любовь к своим ближним, любовь милующая, сострадательная, подсказывала ему наиболее верные решения. 22 сентября (3 октября) 1785 г. за успешную деятельность по борьбе с чумой в Херсоне Ф. Ушаков был награжден орденом Святого Владимира четвертой степени.

24 (13) августа 1785 г. был утвержден штат вновь образованного Черноморского флота (12 линейных кораблей, 20 фрегатов, 5 шхун, 23 транспортных судна). Коман­дование флотом было поручено его основателю генерал-фельдмаршалу князю Г.А. Потемкину-Таврическому. Численность личного состава флота определялась в 13.5 тысяч человек. Для управления флотом  в  Херсоне было создано Черноморское  адмиралтейское  управление,  старшим   членом которого был назначен капитан 1 ранга Н.С. Мордвинов.

Спустя два года во главе Черноморского адмиралтейского правле­ния становится капитан 1-го ранга Н. Мордвинов, которого Екатерина 2 произвела 24 (13) мая 1787 г. в чин контр-адмирала со старшинством с 13 (1) января. Вот так 33-лет­ний Н. Мордвинов стал командовать Черноморским флотом.

20 (9) сентября 1787 г. началась вторая Русско-турецкая война (Турция объявила войну России 22 (11) августа), и контр-адмирал Н. Мордвинов становится ак­тивным участником войны. Во время этой войны наступательным действи­ям русской армии под командованием князя Г.А. Потемкина вдоль Чер­номорского побережья препятствовали широкие водные преграды и многочисленные прибрежные турецкие крепости, усиленные под руководством французских военных инженеров и имевшие сильные гарнизоны. Оставлять их в тылу было опасно. Осада первоклассных крепостей Очакова и Измаила силами сухопутной армии могла быть успешной лишь при поддержке со стороны русского гребного и па­русного флотов: в противном случае турецкий флот мог беспрепят­ственно снабжать осажденных всем необходимым, сводя на нет геро­ические усилия осаждавших.

Черноморский флот состоял всего из 6 линейных кораблей (одного 80-ти пушечного и 5-ти 66-пушечных), 19 фрегатов и нескольких десятков более мелких судов. Они были сведены в два соединения: корабельную эскадру (корабельный флот), базировавшуюся в Севастополе под командованием контр-адмирала М.И. Войновича, и Лиманскую эскадру, находившуюся в Херсоне, под общим начальством контр-адмирала Н.С. Мордвинова. В состав Лиманской эскадры входило 8 судов. Основной задачей Н. Мордвинова была защита устьев Днепра от неприятельских нападений.

В общих чертах турецкий план этой войны сводился к тому, чтобы запереть русские суда в Лимане, не допустив их соединения с Севастопольской эскадрой; разбить Черноморский флот по частям и, завоевав, таким образом, господство на море, захватить сначала Херсон, а затем Крым силами десантных отрядов. С русской стороны согласно принятому Г. Потемкиным плану обороны генерал-аншефу А.В. Суворову предписывалось прикрывать Херсон и оборонять побережье от Буга до Перекопа. Поставленная задача для А.В. Суворова была не новой, и Александр Васильевич со знанием дела приступил к ее решению. Первым подвергся турецкому нападению Кинбурн. 23 (12) сентября 1787 г. от стоящего под Очаковом турецкого флота отделились 11 канонерских шлюпок и бомбарда. Подойдя к Кинбурнской косе, они открыли огонь по береговым укреплениям Кинбурна с высадкой на другой день десанта в количестве 600-700 человек. Первыми неприятеля встретили донские казаки, приведшие турок в смятение, а завершила дело пехота под командованием генерал-майора Ивана Григорьевича фон Река. Бой был ожесточенный и кровопролитный. Русский гарнизон выдержал атаку, не дав уйти с берега ни одному турку. Много их погибло и на взорвавшемся к концу дня турецком корабле. Лишь наступившее безветрие спасло от пожара турецкую эскадру. В этом бою был тяжело ранен И.Рек.

25 (14) сентября к Кинбурну прибыл А.В. Суворов и лично возглавил его оборону. Он потребовал прислать из Глубокой пристани суда Лиманской эскадры для защиты крепости, обстрел которой с моря продолжался все это время. Однако контр-адмирал Н.С. Мордвинов пообещав прислать два фрегата и четыре галеры, занял выжидательную позицию, и долгое время продолжал бездей­ствовать. Только16 (5) октября Н. Мордвинов решился атаковать турецкий флот под Очаковом силами 8 судов и принудил его выйти из Днепровского лимана, после чего бомбардировал Очаков 5-ю галерами. А. Суворов и Г. Потемкин бросили ему справедливый упрек: заве­дя порядок, при котором «метода наблюдается больше пользы», он упустил благоприятный случай уничтожить турецкий флот и едва не стал виновником сдачи крепости. Тем не менее, Н.С. Мордвинов за действия под Очаковым был награжден орденом Святой Анны 1-ой степени.

Предвидя решающий характер боев в Днепровском лимане и убе­дившись в неспособности контр-адмирала Н.С. Мордвинова управ­лять флотилией в сложной боевой обстановке, главнокомандующий Черноморским флотом генерал-фельдмаршал Г.А. Потемкин хотел видеть там энергичного флагмана.

Своим приказом (ордером) от 28 (17) октября он приказал Н. Мордвинову возвратить­ся в Херсон для исправления флота, одновременно предписав М. Войновичу командировать на Лиманскую эскадру бригадира П. Алексиано. Но ввиду болезни последнего М. Войнович отправил туда Ф. Ушакова.

Федор Федорович прибыл на место в последних числах октября, когда боевые действия в Лимане практически прекратились. Главной его задачей стало обеспечение безопасной зимовки судов. После их ра­зоружения у Ф. Ушакова особых дел не было, поэтому Н. Мордвинов во вто­рой половине января 1788 года отправил его обратно в Севастополь, где продолжался ремонт его корабля «Св. Павел». Потемкин, узнав об этом самоуправстве Н. Мордвинова, разгневался, однако Ф. Ушакова обрат­но отзывать не стал.

Летом 1788 г. Лиманская флотилия в составе 2 линейных кораблей, 3 фрегатов, 15 бомбардирских и вспомогательных судов (всего свыше 442 орудия), и гребного флота, состоящего из 7 галер и 24 вспомогательных судов (свыше 130 орудий), противостояла турецкому флоту в этом районе, состоящему из 10 линейных кораблей, 7 фрегатов, 4 бомбардирских вспомогательных судов (всего свыше 930 орудий), и гребного флота, состоящего из 5 галер и 53 вспомогательных судов (свыше 200 орудий). Участвуя 18 (7), 28 (17), 29 (18) июня и 12 (1) июля 1788 г. в боевых столкновениях Лиманская флотилия под общим командованием Н.С. Мордвинова нанесла туркам в Днепровском лимане значительный урон, уничтожив 4 линейных корабля, 7 фрегатов, 12 вспомогательных и гребных судов и захватив 1 линейный корабль и 5 гребных судов.

А 17 (6) декабря 1788 года Очаков под руководством А.В. Суворова был взят штурмом. С взятием Очакова Россия окончательно утвердилась в Днепровском лимане, обеспечив тем самым безопасность Украины. Тяжелая и трудная была служба Н. Мордвинова в Черноморском флоте. Он во многих отношениях представлял прямую противоположность князю Г. Потемкину, под начальством которого служил. Избалованный безмерными милостями императрицы Екатерины II, испорченный низкой угодливостью окружающих, князь Г. Потемкин, этот гениальный «самодур», не прощал Н. Мордвинову ни самостоятельности его взгляда, ни прямоты его суждения. Г. Потемкин умалчивал о победах, одержанных Н. Мордвиновым над турецким флотом, не слушал его советов, не признавал его указаний, даже специально морских. А между тем, в начале этой войны, только А. Суворов и Н. Мордвинов, один на суше, другой на море, серьезно относились к туркам и одержали ряд побед,, увенчавших войну успехом. Несмотря, однако, на успешную боевую и административную деятельность, вследствие размолвки с всесильным князем Г. Потемкиным Н. Мордвинов 27 декабря 1788 года (по ст. ст.), в разгар бое­вых действий, был фактически отстранен от должности, а затем и уволен в отставку. Вскоре он уехал в Москву, а затем в Бе­лоруссию в свое имение (при увольнении его отца адмирала С.И. Мордвинова от службы императрица Екатерина 2 пожаловала ему богатое имение в Белоруссии (с 2000 душ). Имение это принадлежало до этого Ордену иезуитов), где жил до смерти Г. Потемкина. В 1789 г. Н. Мордвинов был уволен от службы. В августе 1791 года Г. Потемкин заболел и повелел везти себя в созданный им г. Николаев, но 16 (5) октября этого же года по дороге туда скончался.

Близость к царской се­мье снова определила дальнейшую судьбу Николая Семеновича. После смерти Г. Потемкина он вернулся на службу и в 1792 г. был назначен председателем черноморского адмиралтейского правления в Николаеве с пожалованием ему 24 февраля (по ст. ст.) чина вице-адмирала и назначением командиром Черноморского флота и портов с награждением 24 ноября (по ст. ст.) орденом Александра Невского. В 1793 Н. Мордвинов награждается орденом Святого Владимира 1 степени «за храбрые подвиги в начале последней войны с турками». (В 1953 г. на экраны кинотеатров СССР вышел фильм «Адмирал Ушаков» по сценарию А. Штейна, где Н. Мордвинов, командуя Черноморским флотом, представлен в роли Мордовцева? В этой роли он представлен в негативных тонах, постоянно конфликтуя с Ф. Ушаковым. На самом деле конфликтов у Н. Мордвинова с Ф. Ушаковым не было. Очень обидно, что в таком замечательном фильме так искажённо представлен Н. Мордвинов, хотя главным консультантом этого фильма был Адмирал Флота Советского Союза И.С. Исаков (в фильме профессор И.С. Исаков). Уж он то мог разобраться в этих вопросах). На самом деле Н.С. Мордвинов высоко ценил деятельность Ф. Ушакова и всегда подчеркивал его заслуги. В том числе и по строительству Севастополя.

Николай Семенович не мешал талантливому флотоводцу бить врагов по – своему, по – ушаковски. И сам Ф.Ф. Ушаков отдавал должное Н. Мордвинову: «Для хозяйства флотского Николай Семенович пригоден: он леса вокруг Николаева садит, с Дона уголь каменный возит, учит бабок наших без дров обходиться...».

В этот период Н. Мордвинов вступил в борьбу с другим известным администратором Новороссии, адмиралом Осипом Михайловичем Де Рибасом (по известному рескрипту (приказу) императрицы Екатерины II от 31 мая 1794 года «...нашему вице-адмиралу Де Рибасу» (см. ПСЗРС. Вып. 1. №17207) вице-адмирал назначался главным начальником, который будет руководить и управлять строительством порта и города Гаджибей (в январе 1795 г. переименованного в г. Одессу). О.Де Рибас считается основателем города Одессы, поэтому в честь него главная улица Одессы была названа Дерибасовской). О.де Рибас   был  очень   завистливым и коварным человеком (хотя в различных исторических материалах есть и хорошие характеристики). Н. Мордвинов был против строительства гавани при Гаджибее (отдавая предпочтение Очакову), поэтому вторично вышел в отставку в 1799 г. В 1799-1801 годах адмирал Н.Мордвинов (чин адмирала он получил 4 октября (27 сентября) 1797 г.) становится ближайшим помощником и советником императора Павла I по морским делам, за­нимая одновременно пост вице-президента Адмиралтейств-коллегий. Но по навету завистников император Павел I арестовал Н. Мордвинова и держал его под домашним арестом в Санкт-Петербурге. Н. Мордвинов был арестован по доносу адмирала О.Де Рибаса и был уволен со службы 7 декабря (26 ноября)  1799 г. «по случаю проорвания на Глубокой пристани бомбенного погреба». Когда об­винения развалились, Павел I, по совету своего секретаря адмирала Г.Г. Кушелева, отправил Н.С. Мордвинова в отставку, пожаловав ему при этом тысячу душ.

Некоторое время адмирал Н. Мордвинов жил в Крыму в Байдарской долине, которая являлась его собственностью. Он купил ее у Н.П. Высоцкого, племянника князя Г. По­темкина, которому та досталась в наследство. Сделка была проведена решением Государственного Совета и утверждена императором. В Крыму, неподалеку от Судака, в селении Саук-Су (названо по имени горной речки, протекающей через селение; по татарски Саук-Су означает холодная вода) Н. Мордвинов по­строил по собственному проекту большой каменный дом.

Фактически адмирал Н. Мордвинов являлся одним из крупнейших помещиков России. Только в Крыму он владел громадными землями: часть из них он перекупил по баснословно низким ценам; часть зе­мель ему досталась в награду от императрицы, как и многим другим, отличившимся при присоединении Крыма к России. Дело в том, что с территории Крыма в Турцию эмигрировало около 300 тысяч татар, и вот эти-то земли - около 400 тысяч десятин (примерно 15% всей земельной площади Крыма) - и пошли в качестве щедрых призовых. В Крыму Н.С. Мордвинов кроме земель Байдарской долины владел еще землями в Саблы (долина горной реки Алмы в 25 верстах от Симфе­рополя), 200 десятинами земли в Ялте (имение «Хорошая пустошь» у татарской деревни Дерекой в долине реки Гува в 1.5 км от Ялты -  почти весь центр современной Ялты). На территории имения Н. Мордвинов разбивает чудный парк и возво­дит каменный дом. Остатки парка (в настоящее время - сквер имени С.В. Руданского (выдающийся украинский поэт)) существуют и поныне. Здесь часто бывал И.К. Ай­вазовский и «на каждом шагу был в восторге, чудо да прелесть».

Потомки адмирала Н. Мордвинова владели ялтинскими землями до 1917 года. Его правнук, А.А. Мордвинов-2-й в 1898 году начинает грандиозное по тем временам строительство дворца у Симферопольского шоссе по проекту петербургского архитектора Н.Б. Нагеля. Жители сов­ременной Ялты называют это здание дворцом адмирала Н. Мордвинова в память о нем и его потомках, так много сделавших для развития го­рода. Многие десятилетия в этом здании размещался лечебный кор­пус военного санатория Ленинградского военного округа.

Н. Мордвинов прожил в своем имении Саук-Су в Крыму до скончания императора Павла I. На русский престол вступил Александр   I   (1777—1825)  старший  сын Павла Петровича и Марии Федоровны, император России с  23 (12) марта 1801  г.

Александр I возвестил о намерении править «по законам и сердцу» своей бабки Екатерины II и вскоре отменил запреты и нововведения Павла I, вернул из ссылки всех дворян, сосланных его отцом, провел умеренно-либеральные реформы, разработанные негласным комитетом и M.M. Сперанским. Либерально настроенные дворяне ожидали изменения формы правления и положения крестьян, но этого не произошло.

Решив служить молодому царю, адмирал Н. Мордвинов уехал в Петербург, где поступил на службу и был назначен вице-президентом Адмиралтейской коллегии. В сентябре 1801 г. он представил проект «трудопоощрительного банка для развития промышленных сил страны и обеспечения производительного труда».

Воцарение Александра 1 открыло более широкое поприще для деятельности Н. Мордвинова, обратившего на себя внимание либерализмом своих взглядов. Особенно сильное впечатление произвело поданное им довольно смелое по тогдашним понятиям мнение по делу Кутайсова с казною (так называлось делу об эмбенских водах против устья реки Эмбы, впадающей в Каспийское море, где производился крупный морской рыбный промысел). Н. Мордвинов привлекался в эту пору к обсуждению важнейших государственных вопросов, поднимавшихся императором Александром I и его ближайшими сотрудниками, а с образованием министерств он первым занял пост министра морских сил, на котором оставался только 3 месяца с 8.09.1802 г. по 28.12.1802 год (по ст. ст.). 25 (13) октября на имя адмирала Н.С.Мордвинова поступил именной указ (ПСЗРИ вып. 1 №20456), в соответствии с которым при министерстве морских сил по флоту учреждалась военная канцелярия, управляющим которой этим же указом назначался контр-адмирал Чичагов Павел Васильевич со званием товарища министра морских сил. В том же 1802 году были учреждены, кроме военной по флоту канцелярии, и департамент министра морских сил, а затем, высочайше назначен комитет для образования флота (ПСЗРИ вып. 1 №20783), реорганизовавший министерство морских сил на новых началах. Комитет образования флота был создан 5 сентября (24 августа), т. е. еще до образования министерств.

       В Комитет были назначены: председателем сенатор, граф Александр Романович Воронцов, а членами - адмиралы:  В.П.Фондезин, И.П.Балле, М.К.Макаров, вице-адмирал П.К.Карцов, контр-адмирал П.В.Чичагов и капитан 1 ранга А.С.Грейг. Докладчиком комитета, по высочайшему повелению, состоял П.Чичагов, вступивший, после Н. Мордвинова, с 31.12.1802 (по ст. ст.) года в управление министерством морских сил, с сохранением звания товарища министра морских сил, а в 1807 г. утвержденный в звании министра морских сил. Его управление продолжалось до 1809 года. Таким образом, в состав комитета вошли моряки, за исключением графа А.Р. Воронцова, который к тому же не придавал большого значения флоту для России. А.Воронцовым Александру I состояние флота было представлено в столь мрачном виде, что в высочайшем «наказе» комитету встречается фраза: «Мы повелеваем оному Комитету непосредственно относиться к нам обо всех мерах, каковые токмо нужным почтено будет принять к извлечению флота из настоящего мнимого его существования и к приведению оного в подлинное бытие».

Но министром Н. Мордвинов пробыл очень мало. Через полтора месяца по своему прошению от 4 ноября (22 октября) 1802 г. первый военный министр морских сил  был уволен от службы на 48 году жизни. Один из современников адмирала Н. Мордвинова, вице-адмирал В.М. Головнин, в своем неизданном сочинении 1824 года, «О нынешнем состоянии Российского флота», делает о Н. Мордвинове такой отзыв: «…Муж престарелый, умный, с обширными познаниями, в государственных делах и в морском искусстве сведущий, знатного рода, с двором знакомый, пред Царем и в Думе смелый и решительный; словом, муж, имевший все способности быть морским министром, но к несчастью, не имевший охоты быть им…» (Бильбасов, «Архив графов Мордвиновых», т. 111, стр. 7). Верно отмеченные В. Головниным способности Н. Мордвинова быть морским министром не были уважены императором Александром I, поставившим между собою и Н. Мордвиновым вице-адмирала П. Чичагова. Против Н. Мордвинова начались интриги: вице-адмирал П. Чичагов, приобретя большое влияние на Александра 1, оказывал явное противодействие начинаниям Н. Мордвинова. Одно из распоряжений Мордвинова, предотвратившее голод в Кронштадте, было представлено Государю как превышение власти. От Н. Мордвинова потребовали отчета, и он, представив объяснения, в 4-й раз отказался от службы в морском ведомстве, теперь навсегда покинув флот в свои 48 лет, уступив место П. Чичагову. Сем лет, до конца 1809 года Н. Мордвинов оставался не у дел государственных, но не общественных. Полная инициативы натура Н. Мордвинова не могла остаться без дела; вскоре он сошелся с М.М. Сперанским, был назначен членом Государственного Совета, затем председателем департамента государственной экономии и весь отдался финансовым и экономическим реформам. В числе особенностей его характера была и такая: он требовал, чтобы содержание всякой деловой бумаги, ему доставляемой, укладывалось бы в одну первую страницу. Если содержание переходило на следующую, то он уже ее не читал.

Ссылка М. Сперанского еще раз побудила Н. Мордвинова выйти в отставку и уехать из Санкт-Петербурга. До 1806 года он живет сначала в Белоруссии в своем имении, затем в Киеве, Николаеве и Одессе. После 1806 г. Н. Мордвинов с семьей переезжает в Москву. Вернувшись в 1813 г. в Санкт-Петербург, он снова был назначен в Государственный  Совет и еще раз вышел в отставку в 1817 г. На этот раз он провел несколько лет за границей, изучая там вопросы финансового и гражданского права. Вернувшись в Россию, Н. Мордвинов был назначен председателем департамента гражданских и духовных дел Государственного Совета, членом финансового комитета и комитета министров. В 1820 г. Н. Мордвиновым было основано московское общество сельского хозяйства, в 1823 г. он был избран председателем вольного экономического общества (ВЭО). Приняв капитал ВЭО, состоящий из 51 000 рублей, Н.Мордвинов ежегодно его удваи­вал, за что переизбирался ежегодно на посту председателя вплоть до 1840 года, пока сам не сложил с себя это звание по старости. Более 15 лет Н. Мордвинов состоял председателем ВЭО. Свое вступление  в это звание он ознаменовал в 1823 году составлением нового устава этого общества, который был утвержден Александром I. По его же предложению его в 1840 г. сменил принц П.Г. Ольденбургский. В 1829 году Н. Мордвинов был награжден орденом Св. апостола Андрея Первозванного - высшей наградой России. Из моряков, не считая лиц императорской фамилии, в России такой награды удостаива­лись всего несколько человек. С 1834 г. он член Российско-Американской компании, один из активнейших государственных деятелей, благодаря усили­ям которого состоялось первое кругосветное плавание русских мо­реплавателей Ф. Крузенштерна и Ю. Лисянского, открытие Антар­ктиды Ф. Ф. Беллинсгаузеном и М.П.Лазаревым. Вот почему па карте Тихого океана есть залив у острова Сахалин, а близ берегов Антарктиды - остров, названный именем Н.С.  Мордвинова.

В 1834 г. он был возведен в потомственное графское достоинство, а в 1841 г. удалился от дел. Не пользуясь в течение своей долгой служебной карьеры особым доверием свыше, за исключением лишь краткого периода могущества М.М. Сперанского, и не успев приобрести непосредственного и сильного влияния на внутреннюю политику, Н. Мордвинов принадлежал, однако, к числу наиболее видных деятелей высшей администрации времен Александра I. Разносторонняя образованность Н.С. Мордвинова - явление исключи­тельное для титулованных особ того времени.

Одаренный от природы недюжинным умом, получив хорошее образование и обладая литературными дарованиями, он явился одним из наиболее даровитых и энергичных поборников идей политического либерализма в высших сферах. Поданные им многочисленные записки и мнения показывают несомненную оригинальность мысли и государственный ум Н. Мордвинова. Мнения Н.С. Мордвинова, подаваемые им по различным делам в Государственный Совет, в десятках и сотнях копий расходились по рукам в Петербурге и даже в провинции и доставили ему громкую славу среди современников. Либерализм Н. Мордвинова был, однако, довольно оригинальным и пестрым явлением и вряд ли даже вполне заслуживал этого имени. Примыкая по своим убеждениям, вынесенным из наблюдений над русской жизнью и знакомства с западной политической и политико-экономической литературой, к сложившемуся в русском обществе кружку приверженцев преобразовательной политики, Н. Мордвинов на первый план выдвигал реформы политические, отодвигая решение социальных вопросов в далекое будущее. В этом он до известной степени сходился  с М. Сперанским, но, не говоря уже о том, что в планах последнего социальные преобразования занимали все же не столь отдаленное и скромное место. Существенная разница заключалась в том, что у М. Сперанского предпочтение политических реформ вытекало из некоторой отвлеченности его общих построений, а аналогичная постановка вопроса о преобразованиях у Н. Мордвинова опиралась на узко материальные интересы небольшого круга лиц высшего сословия. Поклонник английского быта, он ратовал за политическую свободу, но думал утвердить ее в России путем создания богатой аристократии, при помощи раздачи дворянам казенных имений и путем предоставления этой аристократии политических прав. Ученик Адама Смита (шотландский экономист и философ, видный представитель классической буржуазной политической экономии) в политической экономии и последователь И.Бентама (знаменитый английский публицист,  философ и социолог, юрист, родоначальник одного из направлений в английской философии – утилитаризма) в политике, он видел возможность серьезного улучшения экономического положения России лишь в том случае, если правительство, отказавшись от чисто фискального отношения к платежным силам народа, придет на помощь промышленности путем устройства дешевого кредита и других подобных мер, и вместе с тем обеспечит законность управления и личные права каждого гражданина. В то же время, однако, Н. Мордвинов горячо отстаивал неприкосновенность всякой, даже самой возмутительной мелочи крепостного права, доходя до защиты права продажи крепостных без земли и в одиночку. Единственно возможным путем уничтожения крепостного права ему представлялся выкуп крестьянами личной свободы, но не земли, по определенным в законе ценам, размер которых в его проекте был страшно высок, доходя до 2000 руб. за взрослого работника. В этом смысле он подавал записку императору Александру в 1818 г. Такое соединение в одном лице либерала на английский лад и русского крепостника доставило Н. Мордвинову широкую популярность в обществе. В то же самое время, как он тормозил движение крестьянского вопроса в высших сферах и тем приобретал расположение широких кругов дворянства, общий оппозиционный тон его программы привлекал к нему симпатии и более передовой и сознательной части общества благодаря господствовавшему среди нее увлеченно политическими вопросами. Многие из позднейших декабристов были близки с ним и относились к его деятельности с уважением. Рылеев воспел его в своем стихотворении «Гражданское мужество». Даже наиболее последовательный и энергичный сторонник крестьян, Н.И. Тургенев, расходясь с Н. Мордвиновым во взглядах по данному вопросу, находился с ним в близких личных отношениях и рассчитывал, что если правительство твердо решится уничтожить крепостное право, то Н. Мордвинов не будет мешать этому.

В мечтаниях декабристов о формировании временного правительства после переворота наряду с именем М.М. Сперанского упоминалось и имя Н.С. Мордвинова. Московское дворянство в 1806 г. избрало его, даже не бывшего дворянином Московской губернии, предводителем ополчения. Н. Мордвинов был единственный из членов Верховного уголовного суда в 1826 г. отказавшийся подписать смертный приговор декабристам. Однако с годами политические взгляды Н. Мордвинова значительно изменились, и в царствование императора Николая I он явился одним из консервативных деятелей, решительно осудивших тех же декабристов. Один из современников Н. Мордвинова писал о нем: «Он был, можно сказать, из последних старых дворян прежних времен, стол его был открыт для всех, богатых и бедных. Он не смотрел на одежду, был приветлив и внимателен ко всем своим гостям...Он не любил роскоши и лишних, ненужных расходов, но требовал приличия и часто давал на все, что необходимо.  Дом его всегда был убран хорошо, мебель куплена в лучших магазинах, покрыта штофом и бархатом, но лишних украшений по стенам и столам-ваз, канделябров и различных бронзовых вещей-он никогда не любил...». Другой современник: «В частной жизни граф Николай Семенович был скромный семьянин, постоянный доброжелатель и добродетель всех окружающих его и даже посторонних. Много слез осушено его щедрою рукою и его деятельным попечением. Сам он руководствовался только чистою справедливостью, от которой не позволял себе отступления даже в малостях. Без ропота покорялся тяжким случаям, встречавшимся ему в жизни, полагая упование на премудрый промысел; искренняя добродушная улыбка, выражавшая чистоту души его, не переставала украшать его до конца жизни». Как натура прямая цельная и честная, Н. Мордвинов говорил одинаковым языком со всеми, от своих подчинённых до государей, при которых он жил и трудился. Как истинный патриот, принимавший близко к сердцу интересы родины, незадолго до смерти, он так благодарил императора Николая I за благую для России меру: «Ваше императорское величество уготовили мне смертное ложе покойное. Я не скажу теперь, как умирающий Питт: О боже мой! В каком тяжком положении я оставляю царя и отечество мое». Николай Семенович был и до конца жизни остался передовым деятелем среди лучших людей того времени. Таким его единодушно признавали люди разных направлений и различных характеров. Его уважали, к его голосу прислушивались Сперанский и Ермолов, Тургенев и Каразин, малоросс Маркевич, министры, сенаторы и члены Государственного Совета. Литераторы и поэты того времени-Рылеев и Воейков, Грибоедов до Пушкина включительно-чтили в нем выдающегося общественного деятеля и непреклонного государственного деятеля. Суровый Рылеев посвятил ему прочувственную оду «Гражданское мужество», в которой оценил его так:  «Лишь Рим, вселенной властелин, Сей край свободы и законов. Возмог произвести один, И Брутов двух, и двух Катонов. Но нам ли унывать душой, Когда еще в стране родной Один из дивных исполинов Екатерины славных дней, Средь сонма избранных мужей, в совете бодрствует Мордвинов». Знаменитый русский генерал Ермолов чтил в Н. Мордвинове «человека глубоких сведений и замечательного ума». Все русское наиболее просвещенное общество, высоко ценило Н.С.Мордвинова и удивлялось как прямоте его речей, так и стойкости его убеждений. Более сорока лет стоял он у кормила власти, при нем сменилось четыре императора.

11 апреля (30 марта) 1845 года адмирал Н. С. Мордвинов скончался, имея от роду 91 год. Перед смертью он сказал, что « одряхлел на службе России». На вынос тела прибыли государь Николай I и великий князь. Они прошли за гробом всю площадь в Александро-Невской лавре г. Петербурга, где Н.С.Мордвинов  и был погребен на Лазаревском  кладбище (некрополь XVIII века, там же и погребен его отец адмирал С.И. Мордвинов).

У Николая Семеновича было 6 детей: 4 дочери и 2 сына (София, Николай, Надежда, Вера, Наталья, Александр). София умерла в малолетстве, а Николай умер в возрасте 7 лет. Его дочь Наталья Николаевна в воспоминаниях о своем отце отмечает один недостаток, который был у него – вспыльчивость.

Сын Александр стал камергером, художником-любителем, занимавшимся преимущественно пейзажною и перспективною живописью. Любимыми сюжетами его картин были спокойное море и виды приморских городов, посещаемых им во время его многократных путешествий в чужие края, а также изображение гипсовых и мраморных барельефов.

Как итог можно отметить что, получив в 32 года чин контр-адмирала, Николай Семенович так и не проявил себя в качестве флотоводца: не сумел одержать ни од­ной решающей победы на море. Но в этом не его вина. Он получил известность и преуспел на другом поприще, которое было связано более с пером, чем с ад­миральским флагом. Н. Мордвинов великолепно знал математику, од­ним из первых в России профессионально овладел политической экономией, знал шесть языков. До последних дней своей долгой жизни адмирал продолжал чис­литься по морскому ведомству и дослужился до высших должностей.

Анонсы мероприятий

Наши контакты

Санкт-Петербург, Россия, 190000
Английская набережная, 42
Показать на карте

morskoe-sobranie@yandex.ru