7 июля — День победы русского флота над турецким флотом в Чесменском сражении

Во время русско-турецкой войны 1768-1774 Чесма (Чесме) была городком с цитаделью на западном берегу Малой Азии, против острова Хиоса. В заливе, при котором стоит Чесма, происходил в 1770 году знаменитый Чесменский бой – часть Архипелагской экспедиции 1769-1774.

Незадолго до этого произошло соединение двух русских эскадр: адмирала Спиридова, бывшей в Архипелаге и раньше, и контр-адмирала Эльфинстона, только что пришедшей туда из России. Главнокомандующим стал граф Алексей Григорьевич Орлов, который поднял кейзер-флаг на корабле «Трёх Иерархов» (командир – бригадир С.К.Грейг), и соединил свой флот 15 июня у острова Пароса. Турецкая эскадра вышла отсюда лишь за три дня до этого и направилась к северу – как полагали, в Дарданеллы. Граф Орлов, боясь упустить противника, поспешил за ним в намерении нанести ему поражение.

Русский флот состоял из девяти кораблей (все 66-пушечные, кроме 84-пушечного «Святослава»), трех фрегатов (один 36-ти и два 32-пушечных), одного 10-пушечного бомбардирского корабля и семнадцати легких судов. Увидев 23 июня неприятельский флот на якоре за островом Хиос, наш флот, с утра 24 июня (5 июля) 1770 года, с тихим попутным ветром вошел с севера в Хиосский канал, отделяющий упомянутый остров от берега Анатолии. Вдоль этого берега и близ него, к северу от Чесменского залива, стояла на якорях в две линии турецкая эскадра. Её составляли 16 кораблей (из них шесть от 80 до 90-пушечных, а прочие, как и русские, 66-пушечные), 6 фрегатов и до 60 мелких судов и транспортов. Главнокомандующий, капитан-паша Гассан-эд-Дин, находился на берегу в лагере, а флотом в тот момент начальствовал отважный алжирец Гассан-Бей, который говорил, что надо сцепляться с неприятельскими кораблями и вместе с ними взлетать на воздух. Но так как корабли его стояли на якоре и не могли следовать этому правилу, тогда как русские, бывшие под парусами, завладели инициативой в битве.

Громадность сил неприятеля вначале поразила графа Орлова. Но, твердо надеясь на Бога и на храбрость своих подчиненных, он, по совету с флагманами и капитанами, решил атаковать турецкий флот. Орлов приказал изготовить шпринги (соединённые якорями тросы, которые удерживают корабль в заданном положении), на случай, если придется стать на якорь против неприятеля. Построив линию баталии, Орлов двинулся на турок в следующем порядке:

Авангард: Корабли «Европа» (капитан Клокачев), «Евстафий» (капитан Круз, адмирал Спиридов), «Трёх Святителей» (капитан Хметевский).

Кордебаталия: «Януарий» (капитан Борисов), «Трех Иерархов» (бригадир Грейг, граф Алексей Орлов), «Ростислав» (капитан Лупандин).

Арьергард: «Не тронь Меня» (капитан  Бешенцов), «Святослав» (капитан Роксбург, адмирал Эльфинстон), «Саратов» (капитан Поливанов).

Перед полднем корабль «Европа», приведя на левый галс (т. е. став левым бортом к ветру), открыл огонь по передовому неприятельскому кораблю, на котором был флаг главнокомандующего. Но вскоре, по настоянию лоцмана, угрожавшего близостью мели, он повернул на правый галс, уступив место следовавшему за ним кораблю «Евстафий» Федор Григорьевич Орлов, начальствовавший десантными войсками на флоте, съехали с корабля «Евстафий» на пакетбот «Почтальон». В то же время с русского флота посланы были к кораблю «Евстафий» на помощь гребные суда. Турки, с горящего корабля бросались на наш. Сеча продолжалась и наконец грот-мачта турецкого корабля, подгорев, упала на «Евстафий». Искры попали в крют-камеру, и корабль наш взлетел на воздух. За ним взорвался и турецкий. При этом несчастии погибло с «Евстафием» от 508 до 628 русских моряков, в том числе от 30 до 35 офицеров (так разнятся современные и официальные показания). Турецкие суда, обрубая канаты, поставили паруса и бежали к югу в Чесменскую бухту. Русский флот, имея повреждения, не преследовал неприятеля, укрывшегося в глубине бухты, но перешел ко входу в нее и стал на якорь.

На военном совете после этого боя положено было атаковать и истребить неприятельский флот, для чего бригадиру Ганнибалу (генерал-фельдцейхмейстеру флота) поручено было изготовить четыре брандера. Бомбардирский корабль, поставленный впереди нашего флота, бросал бомбы в неприятельский. К утру следующего дня, 25 июня (6 июля) 1770, русский флот стоял перед устьем Чесменской бухты полукружием, на расстоянии одного кабельтова или ста сажен корабль от корабля, а турки на флангах нашей линии построили батареи и укрепились в своей позиции, имея четыре корабля впереди в линии. За ними вся масса их судов стояла под самым берегом.

К вечеру 25 июня готовы были брандеры, поступившие в отряд капитана бригадирского ранга Грейга. Он был назначен для атаки турецкого флота и состоял из четырех кораблей, двух фрегатов и одного бомбардирского корабля. Тихий северный ветер и лунная ночь благоприятствовали предположенной атаке, и в половине первого часа ночи на 26 июня (7 июля) 1770 корабль «Европа» стал уже на шпринг против неприятеля и открыл пальбу. С полчаса он выдерживал ее один, пока не подошли прочие суда упомянутого отряда, и Чесменское сражение продолжилось. Вскоре загорелся один турецкий корабль, за ним и другой; тогда, по сигналу, были пущены брандеры. Три из них не имели успеха, а четвертый – под командой лейтенанта Ильина, сцепился с большим турецким кораблем и был зажжен.

Следствием был взрыв этого корабля. Затем последовал и общий пожар неприятельского флота, продолжавшийся с 3 часов ночи до 9 часов утра. Турецкие суда взлетали на воздух одно за другим, так что русские успели спасти от огня только один 60-пушечный корабль «Родос» и пять галер. 14 кораблей, 6 фрегатов и более полусотни турецких судов сгорело. Трофеями победителей Чесменского боя, кроме корабля и пяти галер, были 22 медных орудия 24-х и 30-фунтовых калибров, взятые с северной батареи, и еще несколько орудий, поднятых у берега, а также оставленных турками в Чесме, откуда они ушли в Смирну (Измир). Занятие Чесмы не представляло никаких выгод, и это место было оставлено, а богатый город не взят, по причине свирепствовавшей в нём чумы.

Урон наш в обоих Чесменских боях, кроме потери корабля «Евстафий» с экипажем, составлял несколько более 50 человек убитыми и тяжелоранеными. Всему русскому флоту после этой блестящей победы было объявлено монаршее благоволение, выдано не в зачёт годовое жалованье и следуемые по морскому уставу призовые деньги. В память боя при Чесме была выбита медаль с портретом Екатерины II на одной стороне и с горящим турецким флотом, на другой, под лаконическою надписью «Был». Серебряные медали эти все участники Чесменского боя носили на голубой ленте, в петлице.

Победа русских была полной. Турецкий флот был истреблен весь; остались только два корабля, не бывшие в деле. Русские приобрели господство в эгейском Архипелаге, ограничившись однако лишь слабой блокадой Дарданелл и безуспешной осадой крепости Пеларо на западном берегу Лемноса. В начале сентября 80-пушечный корабль «Святослав», бывший под флагом адмирала Эльфинстона, потерпел крушение на восточном рифе острова Лемноса, что еще более ослабило блокаду Дарданелл, порученную после Эльфинстона контр-адмиралу Грейгу. Между тем в Константинополе прошел страх, распространившийся после Чесменского сражения, когда турки ждали даже прибытия победоносного русского флота к стенам своей столицы. По позднему времени года граф Орлов соединил все суда своей эскадры в порте Ауза на северном берегу острова Парос, и этим окончилась морская кампания 1770 года.

© Русская историческая библиотека 2017


Наши контакты

Санкт-Петербург, Россия, 190000
Английская набережная, 42
Показать на карте

morskoe-sobranie@yandex.ru